Павел Кашин

Я летел, и было утро,
Я смотрел в окно, а за окном,
Как на душе моей, и пасмурно, и мутно,
Но поздно было мне грустить о том.
Ещё на тихоокеанском побережье,
Прощаясь с Верой и смиряя в сердце кровь,
Я знал, в Москве живёт моя Надежда,
А в Петербурге — моя Любовь.
И я уснул, но были грёзы,
О том, как я, объехав целый свет,
Собрал тебя, как бархатные розы,
В один большой и праздничный букет.
Ещё на тихоокеанском побережье,
Прощаясь с Верой и смиряя в сердце кровь,
Я знал, в Москве живёт моя Надежда,
А в Петербурге — моя Любовь.
И жизнь вошла в одну минуту,
Вместив в себя миры и сотни лет,
А на моём столе не вянет почему-то
Такой большой и праздничный букет.
Ещё на тихоокеанском побережье,
Прощаясь с Верой и смиряя в сердце кровь,
Я знал, в Москве живёт моя Надежда,
А в Петербурге — моя Любовь.